Клуб "ПЮре, литературный проект" - пока первый и единственный литературный клуб в разделе "Клубы" на сайте "Всі Суми". Авторы - участники клуба Елена Чернова и Павел Парфин в основном выкладывают здесь свои рассказы. Есть и два любопытных фотоальбома.
Недавно на страницах клуба "ПЮрЕ, литературный проект" появился рассказ "Мексиканская любовь в одном тихом дурдоме". Он написан в постмодернистской манере. Автор попытался охватить в рассказе основные жанры искусства: уличный перформанс, живопись, кино, театр и музыку. Вот, например, какой приводится пересказ фильма:
Недавно на страницах клуба "ПЮрЕ, литературный проект" появился рассказ "Мексиканская любовь в одном тихом дурдоме". Он написан в постмодернистской манере. Автор попытался охватить в рассказе основные жанры искусства: уличный перформанс, живопись, кино, театр и музыку. Вот, например, какой приводится пересказ фильма:
Голос: "Краткий пересказ телефильма без названия.
В больничной палате рожала молодая женщина. Врач всячески успокаивал Кристину и просил сильнее тужиться. Ему ассистировала очень высокая, метра под два, черная медсестра-акушерка. Она подстелила под таз роженицы большую салфетку. Кристина старалась, тужилась изо всех сил. Вот она напряглась и вместе с криком, взывающим к маме, исторгла вздох облегчения.
В глубокой тишине врач в недоумении рассматривал ноги и живот Кристины. На салфетке под женщиной темнели одни лишь фекалии. "Где мой ребенок? Он мертв?" - прошептала Кристина. Опередив ответ врача, запищал электронный будильник. Врач удивленно глянул на свои руки, голые по локоть, и на голые черные руки медсестры. Та вдруг наклонилась над салфеткой и запустила свою громадную руку в фекалии... и вынула оттуда крошечное, размером с муравья, существо, издававшее тоненький писк. "Девочка", - лицо медсестры-великанши расплылось в нежной улыбке.
В больничной палате рожала молодая женщина. Врач всячески успокаивал Кристину и просил сильнее тужиться. Ему ассистировала очень высокая, метра под два, черная медсестра-акушерка. Она подстелила под таз роженицы большую салфетку. Кристина старалась, тужилась изо всех сил. Вот она напряглась и вместе с криком, взывающим к маме, исторгла вздох облегчения.
В глубокой тишине врач в недоумении рассматривал ноги и живот Кристины. На салфетке под женщиной темнели одни лишь фекалии. "Где мой ребенок? Он мертв?" - прошептала Кристина. Опередив ответ врача, запищал электронный будильник. Врач удивленно глянул на свои руки, голые по локоть, и на голые черные руки медсестры. Та вдруг наклонилась над салфеткой и запустила свою громадную руку в фекалии... и вынула оттуда крошечное, размером с муравья, существо, издававшее тоненький писк. "Девочка", - лицо медсестры-великанши расплылось в нежной улыбке.
